22 октября 1975 года состоялась премьера мульфильма «Ёжик в тумане»

Фильм «Ёжик в тумане» был создан в период, когда относительный либерализм эпохи «оттепели» фактически угас — наступило время «застоя». Эта веха в социокультурной жизни страны характеризовалась неоднозначными процессами.  Так, советская анимация в 1970-х годах стала проявлять интерес к образу отдельного человека, пытающемуся найти себя в большом мире. Именно эта тема, по мнению доктора искусствоведения Натальи Кривули, стала ключевой в фильме «Ёжик в тумане».

Герой ленты, заглянув в колодец, видит своё отражение, своё второе «я» — с этого момента начинается обретение им индивидуальности и одновременно — осознание собственного тотального одиночества. Входя в туман, Ёжик чувствует себя потерянным, он ищет точку опоры и бродит в дымке «как слепой, потерявший проводника». В сцене, когда персонаж пытается с помощью веточки найти дорогу, присутствует отсылка к «Притче о слепых» Питера Брейгеля Старшего. Однако интуитивное, духовное зрение не даёт герою раствориться в тумане — он находит опору в виде дерева, своеобразного Мирового древа, которое становится для Ёжика неким ориентиром в пути.

В первое время после выхода «Ёжика в тумане» аналитических материалов о фильме было в прессе сравнительно немного. Когда во второй половине 1970-х годов Норштейна, Ярбусову и Жуковского выдвинули на Государственную премию СССР за три мультфильма, включая «Ёжика…», выяснилось, что в комиссию по награждению необходимо представить как минимум две большие публикации.

По свидетельству художника-мультипликатора Ланы Азарх, она обратилась к писательнице Ольге Чайковской. Та, посмотрев ленты Норштейна, оценила «Ёжика…» как фильм с «графическим, живописным и психологическим богатством». Прослеживая путь героя сквозь туман, Чайковская подчеркнула, что главный персонаж фильма — «беззащитный, безмятежный» романтик, тогда как Медвежонок — это сгусток «буйной энергии». Несмотря на разницу в темпераментах («практик и мечтатель»), они тянутся друг к другу.

В дальнейшем количество откликов о «Ёжике…» стало расти. Так, профессор Марк Уайтхед, назвав ленту очаровательной и меланхоличной, при анализе сюжета обратил внимание, что путешествие, во время которого Ёжик испытал немало потрясений, не было по-настоящему опасным — скорее, это была игра его воображения. Так, Филин, по пятам следующий за героем, вовсе не стремился его напугать — гораздо больше его интересовало эхо в колодце. Летучая мышь практически не заметила Ёжика, а Собака выступила в роли доброго помощника. Медвежонок, хоть и журит своего друга за опоздание, на самом деле глубоко к нему привязан. Все персонажи фильма обладают человеческими чертами, но при этом сохраняют качества представителей животного мира.

Директор кукольного объединения студии «Союзмультфильм» Иосиф Боярский, при котором велись съёмки «Ёжика…», писал в книге «Литературные коллажи», что фильм Норштейна, «полный тончайших психологических нюансов», рассказывает о таинствах бытия и «загадочности всего сущего».

Изображение: кадр из мульфильма «Ёжик в тумане».